На днях из Тегерана в адрес Бахрейна прозвучали "гневные осуждения" и "суровые предупреждения". Власти королевства провинились тем, что лишили гражданства и выслали из страны оппозиционного шиитского деятеля. В наказание за это Иран посулил соседям "свержение кровожадного режима".
Иранский демарш в отношении Бахрейна нельзя оставить без внимания. После разгрома посольства Саудовской Аравии несколькими месяцами ранее, резкие заявления Тегерана в адрес Манамы заставляют видеть в действиях иранской стороны не единичные акции, но некую систему или, скорее, "стиль".
Власти Бахрейна приняли решение о лишении гражданства и высылке из страны шиитского проповедника аятоллы Исы Касема, признанного "иностранным агентом". В вину ему было вменено "использование религии в политических целях для обслуживания иностранных интересов". Решение было принято в соответствии с действующим законом, который предусматривает возможность лишения гражданства в случае "нанесение ущерба безопасности государства".
В ответ на это иранский генерал Касем Солеймани, глава спецподразделения Аль-Кудс, входящего в состав Корпуса стражей Исламской революции, заявил буквально следующее: "…Агрессия против Исы Кассима — это красная линия, пересечение которой воспламенит Бахрейн и весь регион… Это не оставит никакого выбора для людей, кроме как прибегнуть к вооруженному сопротивлению… Кровожадный режим будет свергнут".
Терминология, к которой прибегает генерал Солеймани, честно говоря, удивляет. "Красная линия", "вооруженное сопротивление людей", "свергнуть кровавый режим", — все это регулярно звучит из Вашингтона, в последнее время, в адрес Дамаска. Но к американской риторике мир уже давно притерпелся (все началось с "государств-террористов", выдуманных в 80-х годах администрацией президента Рональда Рейгана). А вот со стороны Тегерана подобные заявления звучат непривычно.
До недавнего времени как раз Иран регулярно подвергался американской критике; американские СМИ не жалели кровавых красок для описания "репрессивной политики" в отношении оппозиции "режиму мулл". Но, видимо, после заключения "ядерной сделки" и на фоне перспектив открытия иранского рынка для западных компаний акценты смещаются.
И вот уже госдеп США фактически солидаризируется с Тегераном в осуждении действий бахрейнских властей. Америка призвала Манаму пересмотреть судебное решение о роспуске оппозиционного шиитского движения Аль-Вифак, имеющего прямое отношение к делу аятоллы Касема.
Аятолла Касем является одним из духовных лидеров бахрейнских шиитов, составляющих большинство населения королевства (75 процентов), власть в котором принадлежит суннитам. С 2011 года, когда началась "арабская весна", в стране неоднократно вспыхивали беспорядки, в ходе которых шииты требовали себе больше политических прав. Для стабилизации ситуации властям приходилось прибегать к силе и даже запрашивать помощь у Саудовской Аравии.
В 2014 году в Бахрейне были проведены парламентские выборы. Однако политические представители шиитов, объединенные в оппозиционный блок Аль-Вифак, бойкотировали их. При этом весьма любопытно, что Запад признал итоги голосования, а шиитскую оппозицию пожурил за отказ использовать легитимные возможности войти во власть.
С тех пор Аль-Вифак стал играть роль "несистемной оппозиции", а его лидеры (политический — Али Салман и духовный — аятолла Касем) не прекращали свою борьбу против "тиранического режима суннитской династии Аль-Халифа" и в защиту прав "угнетенного шиитского большинства". Касема власти выслали, Салмана посадили в тюрьму, Аль-Вифак распустили.
Для более точного понимания ситуации необходимо учитывать, что Бахрейн с его непростой религиозной структурой населения, находится в непосредственной близости от зоны действий "Аль-Каиды" и ДАИШ ("Исламское государство", организация запрещена в России). Сила, живучесть и влияние этих и подобных им организаций в регионе во многом определяются различиями между мусульманами-суннитами и шиитами.
Поэтому жесткое пресечение любых действий, способных вызвать конфликты по линии "сунниты-шииты", является для властей Бахрейна и других арабских государств Персидского залива не просто средством поддержания стабильности режимов, но важнейшим элементом стратегии противодействия международному терроризму.
В этих условиях внешнеполитическая практика Ирана во многом основывается на тесных связях и систематической работе с шиитскими общинами в арабских государствах. Так, в Ливане и Сирии ИРИ опирается на "Хезболлу", в Йемене — на племенное шиитское движение "Хуси", в Бахрейне — на "Аль-Вифак", в Саудовской Аравии — на шиитское население Восточной провинции, в Ираке — на шиитский блок, контролирующий правительство, и на шиитское ополчение. Куратором и координатором этого направления иранской стратегии выступает генерал Касем Солеймани и его подразделение "Аль-Кудс".
Не удивительно, что арабские страны Залива испытывают все возрастающую тревогу перед активностью Тегерана. И последние угрозы Солеймани в адрес Бахрейна доказывают, что их опасения отнюдь не беспочвенны. Тем более, что "стратегический союзник" арабов — США — ведет себя очень двусмысленно. Президент Обама так и не дал им сколь-нибудь четких гарантий безопасности, о чем они его настойчиво просили с самого начала практической работы по заключению "ядерной сделки" с ИРИ.
Вместе с тем можно предположить, что заявление Солеймани было сделано, помимо прочего, в целях тестирования американской реакции. Наверняка и терминология, копирующая стилистику Вашингтона, была выбрана для этого. И время неслучайно: только что Вашингтон посетил преемник наследного принца Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман, который не мог не потребовать от Белого дома внести ясность в вопросы безопасности. Что ему на это говорил американский президент, неизвестно, но на слова Солеймани Америка должна будет ответить какими-то действиями (или бездействием), и это станет "моментом истины", по которому можно будет точно судить о реальных намерениях США в регионе.
Нет сомнения в том, что при этом иранские стратеги имеют в виду и фактор американских выборов. Он дает им достаточно продолжительный период, в течение которого Тегеран может попытаться в одностороннем порядке создать "новую реальность" в регионе и поставить будущую администрацию Белого дома перед свершившимися фактами.
Думается, что в этих условиях значительно возрастают роль и ответственность России. С одной стороны, Иран является нашим союзником, в частности в Сирии; стратегические отношения с ним очень важны для нас. С другой стороны, Россия активно стремится выстроить систему связей с арабским миром, в котором ведущую роль играют государства Залива.
Москва уже выступала с предложениями о посредничестве между ИРИ и арабами, но пока арабская сторона отклоняла эту инициативу. Что совершенно не исключает возникновения ситуации, при которой усилия Москвы будут востребованы и ей предоставится шанс внести важный вклад в дело нормализации ситуации и укрепления безопасности в Заливе.
Надо наслаждаться жизнью — сделай это, подписавшись на одно из представительств Pravda. Ru в Telegram; Одноклассниках; ВКонтакте; News.Google.